ЛЕНТА

Активность теменной коры связали с субъективным ощущением времени

Madam Satan / Metro-Goldwyn-Mayer, 1930

Психологи выяснили, что изменение субъективного восприятия времени связано с десенситизацией надкраевой извилины теменной доли мозга. После того, как добровольцам предъявляли серию коротких стимулов, те воспринимали промежутки времени как более длинными, а активность теменной коры в ответ на короткие сигналы снижалась. Авторы статьи, опубликованной в журнале The Journal of Neuroscience, полагают, что субъективное ощущение времени «хранится» именно в надкраевой извилине.

Восприятие времени не постоянно. В зависимости от ситуации (например, от того, движемся мы или нет и насколько сосредоточено наше внимание) небольшие промежутки времени могут казаться нам дольше или короче. Условия, которые влияют на восприятие времени, изучены хорошо, а вот какие нейронные структуры и механизмы стоят за этим, ясно не до конца. Согласно одной из моделей, нейроны, которые воспринимают промежутки времени (предположительно, они находятся в надкраевой извилине теменной доли мозга), могут десенситизироваться, то есть привыкнуть и слабее реагировать на временные отрезки, которые регулярно повторяются. Если гипотеза верна, то разница в восприятии времени возникает уже на нейронном уровне.

Масамити Хаяси (Masamichi Hayashi) и Ричард Иври (Richard Ivry) из Калифорнийского университета придумали эксперимент, с помощью которого можно проследить за изменчивостью восприятия времени как на психологическом, так и на физиологическом уровне. С помощью функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ) они наблюдали за активностью мозга 18 добровольцев, которые проходили тест на различение промежутков времени.

Использовали три варианта теста: в первом на экране перед участниками на фиксированное время (от 350 до 650 миллисекунд) появлялся серый круг, а затем участники слышали звуковой сигнал длительностью 500 миллисекунд. Нажатием на одну из двух кнопок добровольцы отмечали, какой из двух стимулов показался им более длинным. Во втором и третьем вариантах перед тестированием проходила фаза адаптации: на экране 30 раз подряд серый круг появлялся на 200 (адаптация к коротким стимулам) или 700 (к длинным) миллисекунд.

В предыдущем исследовании было показано, что после адаптации восприятие временных промежутков изменяется: если до теста предъявляли серию коротких стимулов, отрезки времени кажутся более длинными, и наоборот. Действительно, участники эксперимента с большей вероятностью отвечали, что зрительный стимул длиннее звукового, если до этого они проходили адаптацию к медленным стимулам, и наоборот (p = 0,006).

После адаптации менялась и активность правой надкраевой извилины (p = 0,016): после серии коротких стимулов уровень кислорода в крови (сигнал BOLD) в этой области был снижен в ответ на короткие тестовые стимулы, а после адаптации к длинным стимулам — на длинные. Это можно объяснить тем, что нейроны, которые реагируют на короткие промежутки времени, после адаптации к ним десенситизируются и слабее реагируют на похожие по длительности стимулы, поэтому и в целом ответ коры на такие сигналы ниже. На длинный же стимул после серии коротких реагируют нейроны, чувствительность которых не снижена, и активность надкраевой извилины не изменятся.

Аналогичный эффект обнаружили и в средней височной извилине обоих полушарий: активация этой области тоже менялась, если длительность тестового сигнала была близка к той, для которой проводили адаптацию (p < 0,05).

Психологическое восприятие времени коррелировало с изменением активности надкраевой извилины: чем вероятнее человек ошибался в оценке длительности стимула, тем ниже была активность этой области коры (коэффициент корреляции r = 0,645, p = 0,004). Корреляция же активности средних височных извилин с поведенческим ответом оказалась незначимой. Поэтому ученые предположили, что в височной коре кодируется длительность физического стимула (согласно информации из зрительной коры), а надкраевая извилина создает уже субъективное ощущение времени, которое может меняться и не совпадать с реальной длительностью временных промежутков.

Полученные результаты свидетельствуют в пользу гипотезы, что чувство времени возникает в результате популяционного кодирования, то есть активности целой группы нейронов. Вероятно, существуют нейроны, чувствительные к промежуткам различной длительности, и соотношение их возбуждения определяет чувство времени. Если в определенной группе нейронов возникает привыкание, то стимулы соответствующей длины будут в большей степени распознавать клетки, ответственные за другую длительность, а вся популяция будет давать смещенный ответ.

На восприятие времени также влияют дофаминовые нейроны среднего мозга. Когда исследователи оптогенетически выключали их, у крыс нарушалось восприятие стимулов разной длительности.

Алиса Бахарева

источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Кнопка «Наверх»
Do NOT follow this link or you will be banned from the site!
Установите приложение MEGANEWS на Google Play
УСТАНОВИТЬ
Закрыть
Закрыть

Обнаружен Adblock

Поддержите нас, пожалуйста, отключив блокировку рекламы.